Вологодчина


 
с четверг, мая 1, 2014 по четверг, мая 8, 2014

  7 день
  0



Съездили на майские на Вологодчину.

Я ездил один на своей слегка модернизированной Тойоте. А тов. Егоркин – на Ниве с женой и собакою.
Выехали утром 2-го мая, вечером остановились на р. Индоманка. По дороге обратили внимание, что все реки в тех краях вздулись. Весенний паводок наблюдался во всей своей красе. Повсюду множество водоплавающей дичи – уток и гусей. К ночи шла снежная крупа, а утром температура опускалась ниже нуля.
Утром 3-го переехали р. Кема по деревянному мосту и поехали вдоль реки вверх по течению, на Север. Река производила впечатление горной – бурный очень полноводный, но порожистый поток, с валунами, в высоких каменистых берегах, поросших смешанным лесом. Добрались до места, где дорога пересекает р. Корба - приток Кемы. Оказалось, что брод в это время совершенно непроходим: поток воды глубиной выше пояса несется с огромной силой и скоростью. Выше и ниже по течению – пороги с огромными валунами. Человека с шестом сбивает с ног, автомобиль унесет практически гарантированно. Развернулись, поехали обратно. Стояли в красивом месте на берегу Кемы. Наблюдали за пролетом журавлей и гусей. Гусиный клин рассыпался и стал заходить на посадку, очевидно на Карбозеро.
На следующий день, 4-го, поехали вниз по течению Кемы. Дорога, изначально накатанная охотниками, сделалась постепенно глухой и неторной. Уперлись в снесенный половодьем мост на каком-то притоке Кемы. Чтобы переехать вброд, пришлось растаскивать лебедкой завал из бревен. Местность довольно глухая, хотя на песке читаются старые отпечатки шин мотоцикла. Видели зайцев и несколько крупных хищных птиц. Погода стояла теплая, но переменчивая – то солнце, то принимается идти дождь, то опять солнечно. Выехали в довольно большой обитаемый поселок, от которого повернули на Север по ухабистой, но легко проходимой лежневке. Через определенное время направление движения изменилось на северо-восточное, и дорога привела нас к чудесному уютному лесному озерку. Правда, берег озера был довольно сырой, но мы уместились на небольшом сухом пятачке у самой воды. Судя по кострищу и остаткам навеса, это место изредка посещают рыбаки из поселка. Впоследствии, метрах в 100 была обнаружена недостроенная рыбацкая избушка. Озерко настолько нас очаровало, что мы решили постоять на нем денёк.

5-го мая после позднего завтрака я решил заняться рыбной ловлей. Накачал маленькую одноместную лодку, собрал спиннинг и отчалил. Десяток забросов не дал никаких положительных результатов. Потом у меня запуталась леска. А потом лодка перевернулась. Удивлению моему не было предела, когда я вдруг внезапно с головой погрузился в воду. Вода была ледяная, но я почему-то не чувствовал холода. А чувствовал лишь досаду по поводу того, что эта совершенно нелепая ситуация унижает мое достоинство. Поддержанию этого достоинства на плаву все же весьма способствовал спасательный жилет, благодаря которому я и направился к берегу вплавь, не снимая резиновых сапог. Таким образом рыбалка досрочно завершилась, зато также досрочно был открыт купальный сезон. После этого происшествия лихорадочные мысли о многообразных возможностях рыбной ловли в глухих местных водоемах меня больше не беспокоили, так что далее я смог уже сполна предаваться исключительно созерцательному удовольствию.

Ночью пошел снег, и когда мы проснулись утром 6-го мая, все вокруг было белым-бело. На деревьях, кустах и машинах словно налипла сахарная вата. Озеро и вообще вся местность были затянуты белой пеленой. Примусы пришлось разводить под наскоро натянутой между машинами плащ-палаткой. Свернув лагерь, двинулись дальше по дороге на Север. Дорога сразу после озера перестала быть наезженной, а потом и вовсе превратилась в совершенно заросшую и заваленную. При этом она изобиловала заболоченными участками, бродами через ручьи, камнями и прочими джиперскими радостями. Снег валил валом, пуды его обрушивались на машину при продирании через заросли. Через несколько метров приходилось останавливаться, чтобы счистить сугроб с капота и лобового стекла – стеклоочиститель абсолютно не справлялся. Каким-то бревном мне перебило трубку, идущую по лонжерону рамы к задним тормозам, и педаль тормоза провалилась в пол. Потом, следуя по колее более узкой и короткой Нивы, я весьма комично застрял между деревьями. Так, воюя с бездорожьем, завалами и снегом, выбрались мы к Баботозеру и руинам деревень на его берегах. Над озером кипела снежная мгла. Снега в прибрежных полях и пустошах намело уже чуть не по колено! Вместо багажника с запаской и канистрами на крыше моей Тойоты красовался огромный сугроб. Попытка обогнуть озеро и подъехать к заброшенной церкви не удалась – дорога в том направлении настолько раскисла, что машины сразу садились на мосты и могли ехать только на лебедках. Несколько подустав в войне с непогодой и бездорожьем, плюнули и поехали по более легкопроходимой дороге далее на Север. В результате выехали на магистральную лесовозную лежневку, ведущую в сторону Анненского моста. Подъехав по ней поближе к поселку, встали лагерем вблизи дороги. К вечеру к нам пожаловали неожиданные гости – два не по погоде одетых городских жителя. Они пришли пешком в кедах по заметенной снегом дороге с просьбою о помощи. Оказалось, что эти два жителя г. Мурманска ехали на Фольксвагене в Вологду. Вскоре после Вытегры, повинуясь своему ЖПС-навигатору, вопреки логике и здравому смыслу они свернули с трассы Р-5 на дорогу, ведущую на Анненский мост, а с нее – на эту лесовозную лежневку. Проезжая мимо вагончика лесорубов, они уточнили у дедушки-сторожа, можно по этой дороге попасть на Вологду и получили утвердительный ответ. Так они и ехали, цепляя брюхом, по раздолбанной заснеженной лесовозке, пока не достигли брода через речку. На спуске к броду машина застряла окончательно. К счастью для них. Ибо выехать далее в том направлении можно только на полноприводном КрАЗе. Каковой, очевидно, и мел в виду дедушка-лесоруб, говоря о возможности попасть таким путем в Вологду. Пришлось ехать выручать.

7-го под утро был мороз, но днем потеплело, и снег стал интенсивно таять под яркими лучами солнца. Погода стояла по-настоящему весенняя. Бодро долетели мы до Анненского моста, переехали канал, стремительно ворвались в местный магазин, где приобрели жизненно необходимые яйца, запасы которых начали уже у нас иссякать. Также суровый тов. Егоркин неожиданно решил побаловать свою жену Машу, и купил ей в подарок замечательные новые резиновые сапоги. Попутно узнали от продавщицы, что снегом оборвало провода, и в леспромхозе вторые сутки нет электричества. Т.е. мы попали в эпицентр необычайного снежного катаклизма.
Далее мы поехали вдоль канала до поселка Волоков мост, где свернули на грейдер, идущий в юго-западном направлении. Постепенно грейдер сменился лесовозной лежневкой, по которой мы углубились в абсолютно безлюдный лесисто-озерный край километров на 100. Идея была – выехать на Борисово-Судское, Бабаево и Череповец. Но на этом пути нас постигла неудача. Лежневка стала забирать куда-то в совершенно не в нужном нам направлении. Поскольку эта ее часть не была обозначена на карте, мы не знали куда она в итоге нас приведет. Зачастую такие дороги кончаются тупиком на какой-нибудь лесосеке, т.к. проложены для вывоза леса, а не для транспортного сообщения между районами. Старые же лесные дороги, обозначенные на картах, на которые мы рассчитывали, обрывались у разрушенных мостов на довольно полноводной в этот период реке. Ввиду весеннего паводка броды были для нас непроходимыми – слишком глубоко, да к тому же сильное течение. Позже, уже вернувшись домой, я посмотрел космоснимки и понял, что та лесовозка, немыслимо петляя между озер и болот, все же вывела бы нас в нужное место. Но тогда мы этого не знали, а заканчивающиеся запасы топлива не давали нам возможности для разведки. Рисковать обсохнуть в лесу в 100 км от ближайшего жилья не стали, предпочли повернуть обратно.
Но зато мы были вознаграждены открытием замечательного лесного озера. В другой ситуации мы бы просто проехали мимо, а сейчас решили постоять на нем перед возвращением. Заехали на старую заглохшую дорогу и стали лагерем на высоком каменистом берегу. Озеро настолько поразило меня своей красотой, что мысль о возвращении не покинет меня впредь до ее осуществления. Ни слова, ни фотографии не могут этого передать. Абсолютно прозрачная вода, замшелые камни, обрамленные глухим красивым лесом берега, необыкновенно эхо, бобры, утки – словом, сказочное место.
Распилить сухую сосну, развести костер, заварить чай и наслаждаться зеркальной гладью воды – вот он, достойный апофеоз нашего путешествия.

Утро 8-го – хрустальное, как ледок в котелках и рукомойнике. Не торопясь, прощаемся с озером и пускаемся в обратный путь. Жалко заканчивать скитания по дебрям и возвращаться в цивилизацию. Впрочем, обратная дорога тоже имела свою положительную сторону, обогатив нас ценным знанием. Всегда считали мы, что между поворотом на Липин Бор и Вытегрой нет АЗС. Да плюс ко всему вытегорские АЗС расположены неудачно – за каналом. А в этот раз от местных узнали, что имеется заправка и поближе – в Депо, возле станции узкоколейной железной дороги (местные почему-то говорят: «Заправка в Белом Ручье», но на самом деле в поселок с таким названием въезжать не нужно). Так мы сумели пополнить запасы топлива без заезда в Вытегру, и двинули до дому. Ночевали на границе Вологодской и Ярославской областей (впервые я спал без шапки). А 9-го, празднично, торжественно финишировали. 

Фотографии в альбоме «Вологодчина. Май 2014», автор geb4ner4 на Яндекс.Фотках